ЕСПЧ присудил по 4 тысячи евро компенсации крымскотатарским активистам по делу «Абдуллаев и другие против России»

11 мая, 2026

30 апреля 2026 года Европейский суд по правам человека вынес решение по делу «Абдуллаев и другие против России» и присудил каждому из 12 заявителей по 4 тысячи евро компенсации. Об этом «Крымской солидарности» сообщила юрист Эльвина Семедляева.

Одним из заявителей по делу стал политзаключенный Аметхан Умеров, который в настоящее время находится в ростовском СИЗО по обвинению в участии в деятельности террористической организации.

Напомним, что в июле 2019 года крымские татары провели акции поддержки фигурантов «первой Бахчисарайской группы» дела Хизб ут-Тахрир — Ремзи Меметова, Зеври Абсеитова, Рустема Абильтарова и Энвера Мамутова.

10 июля семеро активистов вышли на Красную площадь в Москве с плакатами в поддержку политзаключенных. Полиция задержала их и доставила в участок, где составила протоколы за нарушение порядка проведения акций.

На следующий день, 11 июля, силовики задержали еще 45 крымских татар, которые пришли к зданию Верховного суда РФ поддержать фигурантов дела во время рассмотрения апелляции на приговор. Известно, что участники акции стояли в футболках с надписью «Прекратите репрессии в Крыму» и держали плакаты «Прекратите репрессии по религиозному и национальному признаку в Крыму» и «Наши дети не террористы».

Задержанных доставили в отделения полиции, где заставили писать объяснения и выдали обязательства явиться в суд. В июле–августе 2019 года московские суды оштрафовали активистов на суммы от 10 до 20 тысяч рублей. После обжалования штрафов защита обратилась в ЕСПЧ.

По словам Эльвины Семедляевой, акции крымских татар в Москве «носили мирный характер и не сопровождались насилием или угрозами общественному порядку». Она также уточнила, что на данный момент решение ЕСПЧ касается лишь 12 участников пикетов, а решение в отношении остальных 40 человек ожидается в ближайшее время.

Несмотря на выход России из Совета Европы и прекращение участия страны в Европейской конвенции по правам человека с 16 сентября 2022 года, суд подтвердил свою юрисдикцию в этом деле, поскольку события происходили в период действия международных обязательств РФ.

ЕСПЧ признал жалобы заявителей приемлемыми и установил нарушение Россией статьи 11 Европейской конвенции по правам человека, которая гарантирует свободу мирных собраний и объединений. Также суд зафиксировал другие нарушения, соответствующие ранее сложившейся практике в подобных делах.

Юрист подчеркнула, что хотя Россия должна выплатить компенсации в течение трех месяцев после вступления решения в силу, исполнение таких решений остается маловероятным.

«В соответствии с действующим российским законодательством решения ЕСПЧ, принятые после выхода страны из Совета Европы, не подлежат исполнению. Это означает, что присужденные компенсации, скорее всего, не будут выплачены. Думаю, что, несмотря на отсутствие реального механизма принуждения к исполнению, такие решения сохраняют юридическое и политическое значение. Они фиксируют факты нарушений на международном уровне, формируют прецедентную практику и могут быть использованы в будущем, в частности в рамках других международных процедур или в случае изменения политико-правовой ситуации. Таким образом, решение по делу «Абдуллаев и другие против России» становится очередным примером растущего разрыва между международно-правовыми обязательствами и их фактическим выполнением», — прокомментировала Эльвина Семедляева.

В декабре 2018 года Северо-Кавказский окружной военный суд, который сейчас носит название Южный окружной военный суд, приговорил фигурантов «первой Бахчисарайской группы». Энвер Мамутов получил 17 лет колонии строгого режима, а Ремзи Меметов, Рустем Абильтаров и Зеври Абсеитов — по 9 лет лишения свободы.

11 июля 2019 года Верховный суд Российской Федерации частично удовлетворил апелляционные жалобы и сократил сроки заключения каждому из них на три месяца.

Отмечаем, что следствие не предоставило доказательств причастности обвиняемых к террористическим актам или насилию. Основой обвинения стали показания так называемого тайного свидетеля и выводы религиоведческой экспертизы, которую проводили специалисты по культурологии и филологии без надлежащей специализации в исламе.