Крымский политзаключенный 28-летний Эскендер Абдулганиев, приговоренный к 12 годам лишения свободы, сообщил, что после перевода из ИЧ-29 в Кемерове обратно в ИЧ-41 в Юрге его дважды помещали в штрафной изолятор (ШИЗО). Об этом «Крымской солидарности» рассказали родственники.
Абдулганиев вернулся в колонию №41 14 января 2025 года после шестимесячного пребывания в едином помещении камерного типа (ЕПКТ) в Кемерове. Сначала его поместили в «боковую» камеру в 2:30 ночи, где он пробыл до 20:00, после чего его отправили в ШИЗО на 15 суток без объяснения причины.
Политзаключенный сообщал, что в камере нет спального места. Есть только скамейка, стол, туалет и кран с холодной водой. Из-за отсутствия кровати он почти сутки не мог спать.
В ШИЗО Абдулганиев содержался с двумя другими осужденными. Он жаловался на тонкие матрасы, крыс в камере, отсутствие смывного бачка и вентиляции, а прогулки начинались в пять утра в темноте.
Политзаключенный планирует обжаловать отправку в ШИЗО как незаконную и попросил родных подать жалобы на условия содержания. После первого 15-дневного срока его вернули в общий отряд, но 15 марта повторно отправили в ШИЗО на 15 суток, что он не обжаловал.
Ранее Эскендера содержали во Владимирской тюрьме более трех лет и отказывали в свиданиях, звонках и передачах от семьи, из-за чего он сильно похудел. По прибытии в ИЧ-41 Кемеровской области его сразу поместили в ШИЗО.
Абдулганиев также ранее сообщал, что администрация ИЧ-29 продлевала срок пребывания в ШИЗО, а помещение режимного типа, где его содержали, является мерой наказания, направленной на изоляцию от внешнего мира.
Регулярные переводы между колониями, по мнению матери, связаны с тем, что он не получил российского гражданства:
«Мне кажется, к нему из-за этого придирались и из-за этого он постоянно сидел в ШИЗО. <…> В колонии № 29 условия более суровые, [чем в колонии № 41] — такие же, как в тюрьме во Владимире, где он сидел до этого. Он находится под видеонаблюдением, не в лагере [с остальными заключенными], а один, в камере. В пять утра у него поднимают кровать, забирают матрас, и целый день, до отбоя в 10 вечера, мой сын стоит. Прогулка — час в комнате для прогулок, где через узкий проем в крыше пробивается солнечный свет. Я так понимаю, что условия хуже, чем в ШИЗО в 41-й колонии», — описывала мама крымского мусульманина.
Напомним, что 14 февраля 2019 года российские силовики провели очередные обыски в домах крымских татар в пгт. Октябрьское Красногвардейского района.
Троих мужчин задержали и отвезли в управление ФСБ. В отношении них возбуждены уголовные дела по подозрению в организации и участии в деятельности запрещенной на территории Российской Федерации организации «Хизб ут-Тахрир».
15 февраля Киевский районный «суд» Акмесджита (Симферополя) арестовал задержанных после обыска крымских татар — Эскендера Абдулганиева, Рустема Эмирусеинова и Арсена Абхаирова – по подозрению в участии в запрещенной в России организации «Хизб ут-Тахрир».
3 ноября Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону огласил приговор фигурантам «дела Хизб ут-Тахрир». Рустема Эмирусеинова приговорили к 17 годам лишения свободы, Арсена Абхаирова – к 13, а Эскендера Абдулганиева – к 12. Политзаключенные вынуждены первые два года отбывать в тюрьме.
Также известно о неоднократных попытках принудить их принять российское гражданство.