Менеджер Крымскотатарского Ресурсного Центра Зарема Бариева рассказала историю инженера службы физической защиты Запорожской АЭС Алексея Бражника, которого российские оккупанты похитили в сентябре 2022 года прямо с рабочего места. С тех пор он незаконно удерживается в российском плену, подвергается пыткам, этапированию и полной изоляции от семьи, а с января 2025 года находится в статусе инкоommникадо в одном из СИЗО за тысячи километров от дома. Его история — одна из как минимум 15 историй работников ЗАЭС, которые стали заложниками оккупации.
Правозащитница напомнила, что оккупация Энергодара и Запорожской АЭС стала трагедией не только для города, но и для всей Украины. Впервые в истории действующая атомная электростанция оказалась в зоне боевых действий, а более 11 тысяч ее работников фактически стали заложниками российской оккупации.
Российские войска превратили ЗАЭС в военную базу, создав беспрецедентные риски ядерной катастрофы. Под давлением, угрозами и репрессиями оказались сотрудники станции, которые отказались поддерживать оккупацию и насильственную паспортизацию.
Сегодня много говорят об экономических убытках от захвата ЗАЭС, но значительно меньше — о судьбах по меньшей мере 15 ее работников, которые за верность Украине заплатили свободой и оказались в руках оккупантов.
«История одного инженера службы физической защиты ЗАЭС является одним из таких примеров. Алексей Бражник прожил в Энергодаре более 20 лет своей жизни. В последнее время работал на ЗАЭС, где был похищен российскими оккупантами 21 сентября 2022 года прямо на рабочем месте. Жену с двумя дочерьми Алексей отправил на подконтрольную территорию Украины еще весной 2022 года. Оккупанты провели обыск в квартире и ограбили ее, а самого мужчину вывезли в отделение полиции, где подвергали всевозможным пыткам», — рассказала Зарема Бариева.
Известно, что до февраля 2023 года Алексея содержали вместе с еще 16 арестованными в камере, рассчитанной только на четырех человек. 10 февраля, когда его знакомые приехали в СИЗО, чтобы передать продукты и необходимые вещи, им сообщили, что такого заключенного там больше нет. За все время пребывания в изоляторе Алексею только один раз — 3 ноября 2022 года — разрешили позвонить жене. Это был первый и одновременно последний раз, когда Светлана слышала голос мужа.
«13 февраля женщина увидела сюжет российского телеканала «РИА новости», который был выложен на российском телеграм-канале «Ждуны Запорожской области» о своем муже и еще одном сотруднике ЗАЭС Романе Матвийченко, арестованном 12 января 2023 года. В сюжете мужчин обвинили в передаче украинской стороне информации о ЗАЭС и дестабилизации ситуации, депортировав их якобы на подконтрольную территорию Украины. Но верить РФ — это не уважать себя. Как вы понимаете, никакой депортации не было. Вместо этого мужчин забрали военные РФ и использовали как живую рабочую силу для строительства оборонительных сооружений. Всю информацию об Алексее семья по крупицам собирала от людей, которые встречались с мужем в тех или иных застенках, подвалах или СИЗО на оккупированных территориях Украины и на территории РФ», — пояснила менеджер КРЦ.
Как рассказала Зарема Бариева, 54-летний Алексей имеет серьезные проблемы со здоровьем, в частности язву желудка. Из-за отсутствия надлежащего питания у него открылось желудочно-кишечное кровотечение. По ее словам, оккупанты заподозрили у него туберкулез, заставили мужчин раздеться и обнаженными бросили в глубокую яму.
Впоследствии, по свидетельствам освобожденных из плена людей, стало известно, что Алексея вместе с Романом этапировали в СИЗО в Мелитополе.
Недавно, отмечает Бариева, появилась информация, что с января 2025 года инженера ЗАЭС незаконно удерживают в статусе инкомоникадо в другом СИЗО — за тысячи километров от родного Энергодара.
«На сегодняшний день 13 из 15 незаконно арестованных сотрудников ЗАЭС осуждены по сфабрикованным обвинениям на сроки от 12 до 25 лет по статьям о государственной измене, шпионаже, терроризм, незаконное изготовление взрывчатых веществ, организацию террористической группировки и участие в ней и многое другое, на что хватило больной фантазии оккупантов, но где нет никакого здравого смысла», — подытожила правозащитница.