Крымский политзаключенный Иван Яцкин, которого содержат в колонии в Кемерово в 4 тысячах километрах от дома, не смог попрощаться с матерью, которая недавно скончалась. Несмотря на критическое состояние здоровья и многочисленные обращения, его не переводят ближе к Крыму. Семья не имеет финансовой возможности оплачивать адвоката или поездки на свидания. Об этом Крымскотатарскому Ресурсному Центру сообщили родные Ивана Яцкина.
«Мы похоронили мать Ивана. Поэтому эти дни были такими тяжелыми для нас», — подчеркнули родные.
Согласно информации от семьи, Ивану сообщили о смерти матери по мобильному телефону, однако на похороны его никто не пустил, и он не смог никоим образом присутствовать. Такая ситуация, к сожалению, характерна не только для Ивана, но и для многих других крымских политзаключенных, которые лишены возможности проводить в последний путь своих родных, фактически оставаясь отрезанными от важнейших моментов в жизни семьи.
Яцкина содержат в №5 колонии в городе Кемерово. Этапирование из предыдущей колонии еще больше усложнило возможность свидания с семьей.
«В этом году и ближайшие годы мы не сможем к нему поехать на свидание. Туда очень сложно доехать», — сообщили родные политзаключенного.
В 2024 году семья смогла увидеться с Иваном — они приехали в колонию в Кемерово, но поездка была очень тяжелой из-за большого расстояния и сложных условий, поэтому сейчас такой возможности нет. Кроме того, у семьи нет средств, чтобы оплатить адвоката для полноценной защиты — сейчас Ивана поддерживает частный адвокат, который приезжает несколько раз в год и в основном следит, чтобы в колонии соблюдались хотя бы формальные правила, но это лишь минимальная помощь.
Семья крымского политзаключенного отмечает, что пересмотр жалоб пока невозможен из-за сложности дела и отсутствия поддержки со стороны крупных организаций.
Кроме того, состояние здоровья Ивана Яцкина ухудшилось, в частности обострились проблемы с ногами и зубами.
«Состояние здоровья ухудшилось, потому что питание и условия содержания оставляют желать лучшего. У него сильно выпали зубы, еще нога у него болеет тромбофлебитом (трофические язвы). До колонии это было на одной ноге, сейчас уже и на второй», — рассказали они.
Родные рассказывают, что Ивана недавно выписали из больницы, где ему кололи антибиотики, но капельницы не ставили. Они обращались, чтобы как-то замедлить развитие трофических язв, и по их словам, медицинская помощь в колонии предоставляется частично — предпринимаются некоторые попытки лечения, однако общее состояние остается сложным.
Также медикаменты семья закупает за свой счет.
«Все необходимые лекарства отправляем из Крыма. Потому что, например, ему нужен детралекс, а в колонии такие лекарства не выдают, ведь они дорогие», — подчеркивают родственники.
Крымскотатарский Ресурсный Центр отмечает, что оккупационные власти намеренно отправляют крымских политзаключенных далеко от Крыма, чтобы их родные не могли посетить их из-за тысяч километров расстояния и ограниченного доступа. Многие политзаключенные являются многодетными родителями, или их дети еще очень маленькие, и перевозка малышей на такие большие расстояния становится практически нереальной из-за болезней детей и дополнительных сложностей во время поездок. Кроме того, это очень дорого для семей. Как в случае с Иваном Яцкиным — его родные не могут его навестить именно из-за финансовых трудностей, и многие другие семьи страдают от подобной ситуации.
КРЦ обращает внимание международного сообщества, украинской общественности и политиков на необходимость урегулировать этот процесс, чтобы крымские политзаключенные, даже находясь в тюрьме, содержались ближе к своим домам.
Напомним, что в начале декабря 2019 года российские силовики в оккупированном Крыму задержали жителя Симферополя Ивана Яцкина по обвинению в якобы государственной измене. Впоследствии мужчину этапировали в Москву. Его арестовали до 16 марта 2020 года. Адвокат Ивана Яцкина, Николай Полозов, дал подписку о неразглашении по делу.
21 мая 2020 года Верховный «суд» оккупированного Крыма вынес приговор политзаключенному Ивану Яцкину — 11 лет колонии строгого режима с ограничением свободы на один год.
Прошлым осенью он безосновательно провел 50 дней в штрафном изоляторе.