Председатель Правления Крымскотатарского Ресурсного Центра, член Меджлиса крымскотатарского народа Эскендер Бариев проанализировал вероятность и возможные последствия встречи Дональда Трампа и владимира путина на Аляске, рассмотрев ее геополитический и символический контекст, потенциальные сценарии развития событий и риски для Украины, США, россии и крымскотатарского народа.
Прежде всего, эксперт обратил внимание на место встречи как символ. Ведь, по его словам, Аляска — особое место в российско-американской истории. Когда-то она принадлежала российской империи и была продана США в 1867 году. Для части российской политической риторики Аляска упоминается как «потерянная территория», а для американцев — как стратегический форпост на Тихом океане и в Арктике. Выбор Аляски как места переговоров может быть воспринят как демонстративный жест, подчеркивающий готовность сторон «встретиться на границе интересов».
Во-вторых, Эскендер Бариев отметил важность времени встречи, поскольку 15 августа 2025 года приходится на середину первого года потенциального нового президентского срока Трампа. Это время, когда администрация могла бы активно формировать внешнеполитическую повестку. С точки зрения Путина, ранний контакт мог бы стать возможностью повлиять на будущую конфигурацию отношений, особенно на фоне продолжающихся войн и санкционного давления.
Председатель Правления КРЦ высказал несколько предположений, почему встреча может состояться:
— путин любит личные переговоры с лидерами, которых, по его мнению, можно «раскрутить» на выгодные уступки. Трамп для него – потенциально удобный собеседник (по опыту предыдущих встреч пока что было в пользу путина);
— символизм Аляски – это шанс для Кремля сыграть на исторических аллюзиях и внутренней пропаганде;
— если москва почувствует, что США при Трампе готовы к каким-то сделкам (особенно по санкциям), встреча будет очень желательной;
— желание снова стать рукопожатным, а это для путина сегодня самое чувствительное;
— продемонстрировать, что Украина – объект, а не субъект, и все вопросы можно решить без ее участия.
Однако Эскендер Бариев считает, что все же существуют риски, по которым Путин может отказаться в последний момент:
— если предварительные сигналы из Вашингтона покажут, что Трамп едет не договариваться, а «прессовать» Путина публично (что маловероятно, хотя есть ссылки от Трампа о том, что он ничего подписывать не собирается);
— если к тому моменту на фронте или в экономике в россии начнется кризис, и встреча рискует стать для Путина демонстрацией слабости (на этом этапе Путин будет пытаться дорого продать прорыв оккупантов в Доброполье, да и демонстрировать, что не боится санкций, поскольку рассчитывает на поддержку Китая и Индии);
— если он решит, что обострение и демонстративный отказ принесут больше политического капитала внутри страны (этот фактор он применяет системно).
«Мой прогноз: пока вероятность того, что Путин все же приедет, выше, чем того, что он откажется, при этом он обязательно будет тянуть время, демонстрировать «свое величие» и держать интригу до последних дней, чтобы использовать сам факт ожидания встречи как инструмент давления и на США, и на собственную аудиторию», — считает он.
Эскендер Бариев спрогнозировал несколько сценариев развития событий:
Сценарий 1: Встреча Трампа и путина состоялась на Аляске
Кремль разыграет пропагандистскую кампанию, что с ним считаются, зовут на переговоры, Америка идет ему навстречу;
Трамп, в свою очередь, представит это как свой личный успех, что он умеет договариваться, в отличие от Байдена, и будет искать любые компромиссы для прекращения огня, чтобы получить Нобелевскую премию мира.
Возможные последствия такой встречи:
Для Украины:
— риск, что будет обсуждаться «Украина без Украины»;
— возможность, что Трамп попытается протолкнуть «замораживание конфликта» на условиях, выгодных кремлю, а не Украине;
— усиление информационного давления, что Запад устал от войны.
Для США:
— внешнеполитический эффект «миротворца» может сыграть на популярность Трампа внутри страны;
— но союзники НАТО могут увидеть в этом опасный сигнал, что США готовы идти на компромиссы с Путиным.
Для россии:
— возможность торговаться за санкции и экономические ограничения;
— пропагандистская победа, что путин снова на мировой арене, а с россией все считаются.
Сценарий 2: Путин отказывается в последний момент
— Кремль подает это как «демонстрацию силы», что они сами решат, когда, где и с кем встречаться;
— формальный повод может быть любым — от «недружественных шагов США» до «занятости графика», хотя напомню, что путин уже несколько раз уклонялся от встречи с Зеленским, неважно, с Трампом или нет.
Возможные последствия срыва встречи:
Для Украины:
— дополнительное окно возможностей для продолжения давления на россию: отказ от переговоров воспринимается как нежелание искать мир, что укрепляет поддержку Украины в западных столицах;
— медийный аргумент, что Путин боится прямого разговора.
Для США:
— Трамп может использовать отказ Путину для жесткой риторики, обосновывая необходимость усиления давления (хотя Трамп этого не желает, поэтому скорее всего со стороны Уиткоффа были анонсированы выгодные Путину обещания, о которых нет публичной информации);
— для Трампа это будет «удар по самолюбию», поскольку будет выглядеть, что он не смог даже встретиться, следовательно, у него нет влияния на Путина.
Для россии:
— потеря потенциальных переговорных бонусов, но сохранение образа «непоколебимого лидера»;
— возможное усиление напряжения со стороны США, особенно в отношении санкций.
Для крымскотатарского народа:
Любые «соглашения», в которых не упоминается вопрос деоккупации Крыма и защиты прав коренных народов, будут восприняты как предательство интересов оккупированных территорий. Для крымских татар критически важно, чтобы тема Крыма не была принесена в жертву политическим «разменам».
Крым — тест на честность любых переговоров с россией.
«Соглашение», в котором игнорируется Крым, легитимизирует оккупацию и этнические чистки.
Выводы:
Если Путин видит, что может выторговать конкретные уступки, он приедет, даже если придется изобразить «трудный характер».
Если все сведется к публичной «жесткой встрече» без выгоды — он откажется, сделав из этого медийное шоу.
Встреча на Аляске может стать либо началом нового формата американо-российских отношений, либо ярким примером геополитического соглашения, где судьбы целых регионов будут зависеть не от международного права, а от личных договоренностей двух людей.
Однако ключевой вопрос остается неизменным: какой ценой может быть достигнут «прорыв» и кто окажется среди проигравших…
