Председатель Правления Крымскотатарского Ресурсного Центра и член Меджлиса крымскотатарского народа Эскендер Бариев в связи с 35-й годовщиной создания Меджлиса крымскотатарского народа поделился своим видением эволюции крымскотатарского национального движения. Правозащитник заявил, что за почти 70 лет после депортации движение прошло три исторических этапа — правозащитный, правозащитно-политический и национально-освободительный, сохранив неизменной главную цель — защиту крымскотатарского народа, его прав, идентичности и борьбу за свободный украинский Крым.
Полный текст
30 июня исполнилось 35 лет со дня создания Меджлиса крымскотатарского народа как представительно-исполнительного органа Курултая крымскотатарского народа.
Для большинства это всего лишь историческая дата.
Для меня же это повод задуматься над тем, как за почти семь десятилетий после депортации менялось крымскотатарское национальное движение, какие этапы оно прошло, какие вызовы преодолело и что мы должны извлечь из этого опыта сегодня.
По моему убеждению, крымскотатарское национальное движение прошло три больших исторических периода:
ПЕРВЫЙ ПЕРИОД — правозащитный (1956–1991)
Он начался фактически сразу после отмены в 1956 году режима спецпоселения в отношении депортированного крымскотатарского народа.
Несмотря на формальное снятие статуса спецпоселенцев, крымским татарам не было возвращено главное право — право вернуться на свою Родину.
Именно тогда народ начал самоорганизовываться.
Первый этап этого периода я называю этапом становления и институционализации.
Именно тогда возникли первые инициативные группы практически во всех местах компактного проживания крымских татар. Именно тогда создавались местные инициативные группы, выстраивалась горизонтальная сеть взаимодействия между общинами, накапливался опыт коллективной работы.
Они стали основой будущего национального движения.
Кульминацией этого этапа стало проведение Всесоюзной встречи представителей инициативных групп, в ходе которой был принят исторический документ — «Приказ народа», определивший общую позицию национального движения. Под ним было собрано 65 тысяч подписей.
На мой взгляд, именно этот документ стал первой политической программой крымскотатарского национального движения.
Его основные положения были чрезвычайно чёткими:
— организованное государственное возвращение народа на свою национальную территорию — Крым;
— компактное расселение там во всех местах исторического проживания;
— восстановление национальной социалистической государственности в Крыму (имелась в виду Крымская АССР);
— восстановление культурных, языковых и образовательных прав;
— прекращение дискриминации крымских татар;
— объединение всего народа вокруг единой цели — возвращения на Родину и восстановления национально-территориальной автономии.
Второй этап наступил во второй половине 60-х годов, когда к движению начало активно присоединяться молодое поколение.
Именно молодежь привнесла новую динамику и подходы к борьбе. Если старшее поколение сосредотачивалось преимущественно на петиционной работе и правозащитной деятельности внутри СССР, то молодые активисты всё больше ориентировались на внешний мир, начали сотрудничать с советским диссидентским движением, международными правозащитными организациями, доносили информацию о преступлениях советской власти до мирового сообщества.
Несмотря на различия между этими двумя этапами, они составляют единый исторический период, который я определяю как правозащитный в крымскотатарском национальном движении.
Тем не менее оба эти этапа оставались единым правозащитным национальным движением.
Его главной особенностью было то, что практически каждый, кто становился идеологом, лидером или функционером, сознательно рисковал свободой.
Быть одним из руководителей национального движения или инициативной группы означало быть готовым к арестам, обыскам, увольнению с работы, административному и уголовному преследованию, политическим процессам и многолетнему заключению.
Именно это принципиально отличает тот период от всех последующих.
В то время в движении сформировались четыре категории участников:
первая — идеологи, которые разрабатывали стратегию, готовили документы, проводили самоперепись народа, писали тексты петиций;
вторая — функционеры, которые организовывали сбор подписей, поездки делегаций в Москву, обеспечивали связь между регионами, поддерживали политических заключённых и их семьи;
третья — активисты, которые участвовали в собраниях, митингах, материально поддерживали движение;
и четвертая — агенты КГБ («стукачи»), которые внедрялись в национальное движение, собирали информацию, провоцировали конфликты и распространяли кремлевские нарративы о том, что крымские татары якобы уже «укоренились» в Узбекистане и не должны возвращаться в Крым.
ВТОРОЙ ПЕРИОД — правозащитно-политический (1991–2014)
Возвращение крымских татар в Крым открыло новую страницу в истории. Ключевым событием стало созыв в 1991 году Курултая крымскотатарского народа и создание Меджлиса как его представительно-исполнительного органа.
Именно тогда крымскотатарское национальное движение обрело собственную систему национальной самоорганизации.
Правозащитная деятельность не прекратилась. Наоборот, она продолжалась.
Однако теперь она сочеталась с политическим представительством народа в независимой Украине.
Именно поэтому я определяю этот период как правозащитно-политический.
Вместе с новыми возможностями появились и новые вызовы.
Часть участников стала воспринимать Меджлис не только как национальный представительный орган, но и как возможность реализовать собственные политические амбиции.
К прежним категориям участников движения добавились ещё три:
Политики — те, кто рассматривал участие в движении как путь к депутатскому мандату или государственной должности;
«Паразиты» — те, кто использовал авторитет Меджлиса исключительно для личной выгоды, не работая в интересах народа;
Оппозиция — те, кто с самого начала выступал против системы национального самоуправления «Курултай-Меджлис» или стремился заменить её другими моделями представительства;
ТРЕТИЙ ПЕРИОД — национально-освободительный (с 2014 года)
Российская оккупация Крыма стала началом нового этапа.
Ненасилие как основа движения.
По моему убеждению, главной чертой крымскотатарского национального движения на протяжении первых двух исторических периодов была последовательная ненасильственная стратегия борьбы.
С 1956 года и до начала российской оккупации Крыма в 2014 году движение сознательно опиралось на правовые, общественные и политические методы:
— петиционные кампании;
— самоорганизация через инициативные группы;
— самоперепись народа;
— делегации в органы власти;
— открытые обращения;
— сотрудничество с правозащитниками и диссидентами;
— мирные собрания и митинги;
— деятельность Курултая и Меджлиса.
Даже в самые сложные годы советских репрессий движение не перешло к террористическим или вооружённым методам борьбы.
Именно это, на мой взгляд, является одной из важнейших особенностей крымскотатарского национального движения в мировой истории коренных народов.
Что изменилось после 2014 года?
Российская оккупация Крыма создала принципиально новую ситуацию. Запрет Меджлиса крымскотатарского народа, массовые обыски, аресты, политически мотивированные приговоры, похищения активистов и преследования крымских татар фактически вернули движение к активной правозащитной борьбе.
Однако одновременно появился еще один элемент — вооруженное сопротивление российской агрессии.
И здесь принципиально важно подчеркнуть: это сопротивление осуществляется не через частные или незаконные военизированные структуры, а исключительно через официальные силовые структуры украинского государства — Вооруженные Силы Украины, Национальную гвардию, подразделения территориальной обороны и другие законные институты сектора безопасности и обороны.
Это принципиально отличает современный этап от любых форм незаконного насилия.
Таким образом, даже появление вооружённого компонента после 2014 года не противоречит правозащитной традиции движения. Оно лишь дополняет её правом народа защищать своё государство и свою Родину в условиях международно признанной вооружённой агрессии.
Первые два периода крымскотатарского национального движения были основой ненасильственного сопротивления. Третий период не отказался от этой традиции, а дополнил её правом защищать Украину и Крым с оружием в руках — исключительно в рамках законных силовых структур государства.
Крымскотатарское национальное движение эволюционировало от ненасильственного правозащитного движения к национально-освободительному движению, не отказавшись от принципов права, легитимности и институциональной ответственности.
Вместо заключения
Оглядываясь на почти семь десятилетий борьбы, я всё больше убеждаюсь в одной простой истине. Национальное движение существует не для того, чтобы делать политическую карьеру. Оно существует для того, чтобы сохранить народ.
Именно поэтому разницу между настоящим деятелем национального движения и политиком лучше всего передает фраза, которая, на мой взгляд, должна стать путеводной звездой для каждого из нас:
«Политик думает о следующих выборах, а активист национального движения — о следующих поколениях».
Что оставалось неизменным на протяжении всех трех периодов?
Несмотря на смену исторических обстоятельств, поколений, форм и методов борьбы, крымскотатарское национальное движение всегда преследовало стратегическую цель, которая оставалась неизменной.
По моему убеждению, на протяжении всех трех исторических периодов его объединяли четыре фундаментальные задачи:
Первая — сохранение крымскотатарского народа и его идентичности как коренного народа Украины.
После депортации 1944 года перед советской властью стояла задача не только физически изгнать крымских татар с Родины, но и постепенно лишить их исторической памяти, национальной идентичности, языка и культуры. Именно поэтому борьба за сохранение народа стала основой всего национального движения;
Второе — возвращение на Родину и восстановление связи с Крымом.
Сначала это была борьба за право вернуться на родную землю. После массового возвращения — борьба за возможность жить и развиваться на своей земле. После российской оккупации 2014 года — борьба за деоккупацию Крыма и обеспечение права крымскотатарского народа свободно жить на своей исторической Родине;
Третье — защита коллективных прав крымских татар и других коренных народов Украины.
Речь идет не только о правах отдельного человека, но и о праве всего коренного народа на самобытность, самоуправление, язык, культуру, представительные институты и участие в решении вопросов, касающихся его будущего. Именно поэтому создание системы «Курултай-Меджлис» стало закономерным результатом многолетней борьбы.
Четвертое — ответственность перед будущими поколениями.
Каждое поколение крымскотатарского национального движения работало не только ради своего времени. Люди рисковали свободой, карьерой, благосостоянием, а нередко и жизнью, чтобы их дети и внуки могли жить свободно на своей земле, говорить на родном языке, сохранять свою культуру и не бояться быть крымскими татарами.
Именно эта ответственность перед будущим, по моему убеждению, является главным отличием подлинного национального движения от обычной политической деятельности.
Недаром говорят: настоящий лидер национального движения должен думать не о собственном политическом будущем, а о будущем своего народа.
Именно поэтому история крымскотатарского национального движения — это не история отдельных лидеров или политических кампаний, это история поколений людей, которые, несмотря на депортацию, репрессии, оккупацию и преследования, сумели сохранить свой народ, его достоинство и веру в возвращение в свободный украинский Крым.
Что дальше?3