Менеджер по коммуникациям Крымскотатарского Ресурсного Центра Валентина Манжула подчеркнула, что украинское государство должно системно бороться за молодежь с временно оккупированных территорий и создавать для нее реальные возможности получить качественное образование в Украине. Она подчеркнула, что молодые люди на временно оккупированных территориях сталкиваются с пропагандой, милитаризацией образования, ограничением свобод и отсутствием перспектив, тогда как украинское образование открывает гораздо более широкие возможности для развития, международного сотрудничества и профессиональной реализации. Именно поэтому, по ее словам, государство и молодежь должны действовать в тандеме, ведь это инвестиция в будущее Украины.
Более 12 лет длится оккупация украинского Крыма, и за это время выросло целое поколение молодых людей, которое фактически было и остается лишенным права на полноценное и независимое образование. За эти годы образовательное пространство Крыма постепенно превратилось не в среду развития, а в инструмент системного контроля, пропаганды и подготовки лояльных к российскому государству граждан. Особенно заметно это стало после начала полномасштабного вторжения России, когда процесс милитаризации образования значительно ускорился.
Как молодой человек и студентка Национального университета «Киево-Могилянская академия», я чётко вижу разницу между тем, какие возможности есть у молодёжи в Украине, и тем, в каких условиях вынуждены жить и учиться молодые люди в оккупированном Крыму. Сегодня система образования на полуострове все больше изолируется от мировой академической среды. Такие учреждения, как Крымский федеральный университет имени В. И. Вернадского и другие учебные заведения полуострова, уже давно лишились возможности полноценного международного сотрудничества, академической мобильности и независимого развития. Из-за санкций, политики изоляции и российского контроля студенты там практически не имеют доступа к международным программам обмена, современным академическим платформам или свободной студенческой среде.
В то же время в этих учреждениях наблюдается кадровый дефицит: значительная часть украинских преподавателей уезжает, например, из-за проукраинских взглядов. Вместо этого приглашаются преподаватели из регионов России, которым могут предоставляться определенные «привилегии», то есть дополнительные социальные льготы, в частности предлагается жилье на полуострове. Также студенты из России получают упрощенные условия поступления и часто используют крымские вузы как временный этап обучения, после чего переводятся в университеты на территории РФ.
Отдельной проблемой остается и качество образования на оккупированном полуострове. За годы оккупации оно существенно снизилось, как и уровень самих дипломов. Из-за международной изоляции и непризнания оккупации крымские университеты все больше теряют связь с глобальной академической средой. Несмотря на это, Россия активно стимулирует переезд студентов и преподавателей из своих регионов во временно оккупированный Крым, пытаясь искусственно интегрировать полуостров в свое образовательное пространство и создать иллюзию «нормальной студенческой жизни».
В то же время в Украине у молодежи есть принципиально иные возможности. Украинские студенты могут участвовать в международных стажировках, учиться по обмену в европейских университетах, реализовывать собственные инициативы, создавать молодежные организации, участвовать в форумах, конференциях и других проектах. Образование здесь формирует критическое мышление, самостоятельность и активную гражданскую позицию, а не слепую лояльность к государственной идеологии российских палачей.
Не менее важна и ценность самого диплома и перспектив, которые он открывает. Как студентка Национального университета «Киево-Могилянская академия», я понимаю, что мой диплом открывает передо мной возможности для международного обучения, стажировок и профессионального развития. Украинские дипломы признаются за рубежом и позволяют молодежи быть частью мирового профессионального сообщества. Зато у молодежи в оккупированном Крыму часто нет таких перспектив. Многие крымские выпускники сталкиваются с тем, что их дипломы не признаются, а само образование все больше изолирует их от современного мира, а те, кто уезжает, сталкиваются с огромными проблемами.
Особенно важно понимать, что в Крыму молодежь фактически живет в условиях постоянного страха. Любая проукраинская позиция может стать причиной преследований, давления или проблем для самого человека и его семьи. Молодые люди не могут свободно выражать свои взгляды, участвовать в независимых инициативах или открыто говорить о поддержке Украины.
Студенты находятся под постоянным контролем, а любая проукраинская позиция может привести к угрозам, проверкам или проблемам с учебой. Молодые люди вынуждены постоянно подвергать себя самоцензуре, боясь сказать даже одно неосторожное слово. В таких условиях невозможно говорить ни о свободе слова, ни о формировании независимого мышления.
И в этом заключается принципиальное отличие между демократической Украиной и оккупированными Россией территориями. На подконтрольных территориях молодежь имеет право голоса и право влиять на государственные процессы. Мы видели это во время Революции достоинства, когда именно студенты одними из первых вышли на Майдан, в частности студенты Национального университета «Киево-Могилянская академия». Мы видим это и сегодня, когда молодые люди активно реагируют на общественно важные решения, выходят на акции, отстаивают свои права и влияют на формирование государственной политики. В демократической стране молодежь может быть услышана. В условиях оккупации — никогда! Но когда человек начинает протестовать, это часто заканчивается арестом и незаконным приговором, как в случаях с Богданом Зизой, Хатидже Буюкчан, Асаном Ахтемовым, Азизом Ахтемовым и другими.
Особенно тревожной является ситуация на временно оккупированных территориях Херсонской и Запорожской областей. Там этот процесс происходит фактически в два раза быстрее, чем это было в Крыму в первые годы оккупации. Россия пытается максимально быстро милитаризировать молодежь, насыщая образовательное пространство пропагандой. Речь идет о многочисленных мероприятиях с участием так называемых «героев СВО», представителей оккупационных властей и ветеранов, которые продвигают идеи войны как норму. Через университеты и внеуниверситетские мероприятия формируется искажённое представление о реальности, где служба и война подаются как единственный возможный путь.
Изменения затрагивают и непосредственно учебный процесс. Как менеджер по коммуникациям Крымскотатарского Ресурсного Центра, которая систематически занимается мониторингом и документированием случаев преследования молодежи на временно оккупированных территориях Украины, подчеркиваю, что в образовательную программу вводятся предметы, связанные с военной подготовкой, которые занимают учебное время в ущерб другим гуманитарным дисциплинам и иностранным языкам.
Кроме того, Российская Федерация пытается контролировать даже цифровую среду молодежи. Активно навязывается приложение «MAX», которое фактически становится инструментом слежки и контроля. Молодые люди ограничены в выборе социальных сетей и каналов коммуникации, им прямо указывают, где можно общаться и учиться, а где нет. Это свидетельствует об отсутствии даже базовой свободы выбора в повседневной жизни.
Вопрос мобилизации также напрямую влияет на образование. В Украине мобилизационный возраст начинается с 25 лет, что дает молодежи возможность получить образование, сформировать профессиональные навыки и определиться со своим будущим. В России же призыв происходит с 18 лет, и это фактически лишает молодежь возможности учиться. Например, студентов медицинских колледжей в Крыму заставляют подписывать контракты с вооруженными силами РФ. Поэтому многие не успевают закончить даже первые курсы, оказываясь в системе, к которой их годами готовили с помощью пропаганды и милитаризованного образования.
На этом фоне возможности, которые есть у молодежи в Украине, выглядят принципиально иначе. Как студентка факультета социальных наук и социальных технологий, я каждый день вижу, насколько образование здесь открывает горизонты. Это не только обучение, но и доступ к стажировкам, сотрудничеству с различными учреждениями, участию в международных программах обмена, форумах и образовательных инициативах. При желании молодежь может учиться за рубежом, сочетать различные форматы образования, развиваться в свободной среде, где поощряются критическое мышление и инициативность.
В Украине на базе некоторых высших учебных заведений также развиваются новые направления образования, в частности крымскотатарские студии, которые являются важным элементом сохранения культуры, языка и идентичности коренного крымскотатарского народа. Это демонстрирует как украинскому обществу, так и международному сообществу, что Украина — многонациональное государство, которое поддерживает свои коренные народы и ценит культурное разнообразие. Такой подход формирует положительный имидж страны за рубежом и показывает, что образование в Украине — это не только знания, но и ценности, и ответственность за будущее.
Несмотря на то, что многие чиновники легко восклицают «Крым — это Украина!», для многих молодых людей с оккупированного полуострова поступление в украинские университеты сегодня остается чрезвычайно сложным. Они сталкиваются с такими проблемами, как: наличие документов украинского образца (единственный имеющийся украинский документ — это свидетельство о рождении), выезд, адаптация и непонимание самой процедуры поступления. Часто молодые люди вынуждены проходить сложный путь лишь для того, чтобы получить право на украинские документы, а уже потом и украинское образование.
Подчеркиваю, что сегодня уже недостаточно просто говорить, что Крым — это Украина. Необходимо системно разрабатывать инструменты, которые позволят молодежи с оккупированного полуострова реально получать доступ к украинскому образованию, возможностям и поддержке. Речь идет не только о финансовой помощи, но и об упрощенных процедурах поступления, помощи в получении документов, бесплатных общежитиях, большем количестве адаптационных программ и психологической поддержке.
Будущее Украины напрямую зависит от молодежи, а эффективно строить государство могут только те, кто получил качественное образование и имеет сформированные ценности. Именно поэтому наше государство должно бороться не только за молодежь на временно оккупированных территориях Украины, но и обеспечивать ей все возможности для получения качественного образования. Это борьба за людей, которые завтра будут восстанавливать страну, формировать её политику, экономику и культуру.
Только постоянное внимание к этому вопросу может способствовать его решению. Государство должно действовать в тесном сотрудничестве с украинской молодёжью.