Крымскотатарский Ресурсный Центр

В оккупированном Крыму 197 несовершеннолетних детей лишены надлежащего родительского ухода - Бариева

24 ноября 2021

Менеджер Крымскотатарского Ресурсного Центра Зарема Бариева во время онлайн-конференции «Конвенция ООН о правах ребенка: как защитить права детей в Крыму?» рассказала о трудностях, с которыми приходится справляться самым маленьким гражданам Украины на крымском полуострове.

Бариева отметила, что после оккупации Крыма в большей степени пострадали дети пропавших безвести, погибших, а также дети политзаключенных Крыма. Репрессии, преследования, аресты – нынешние реалии, в которых оказались не только взрослые, но и дети на глазах, которых проходят обыски, аресты, задержания их родителей.

«Каждый раз с увеличением количества людей, преследуемых по уголовным делам, пропорционально увеличивается и количество детей, которые лишаются надлежащего родительского ухода и становятся сиротами при живых родителях. По данным КРЦ сегодня в Крыму 197 несовершеннолетних детей лишены отцовской заботы и стали маленькими заложниками Кремля. Из них 90 девочек и 107 мальчиков», - отметила она.  

Менеджер КРЦ отметила, что 36 семей, в которых папы находятся в застенках ФСБ являются многодетными. 12 детей были рождены уже после ареста их отцов и еще ни разу не виделись друг с другом. Не менее страдают от всех событий, связанных с незаконным преследованием родителей и совершеннолетние дети политузников, а таких - 18.

Бариева привела в пример несколько случаев ущемления прав детей на полуострове, которые шокировали весь цивилизованный мир:

Сотрудники ФСБ приходили в школу к сыну политузника Эмир-Усеина Куку - Бекиру Куку для того, чтобы провести с ним беседу и оправдать свои незаконные действия. Беседа проводилась в отсутствии матери ребенка.

В 2020 году произошла трагическая смерть Мусы Сулейманова, сына политузника Руслана Сулейманова. После незаконного ареста отца и соответственно отсутствия, в связи с этим надлежащего родительского ухода, ребенок, проживая в недострое, погиб при несчастных обстоятельствах. Вершиной цинизма стало то, что оккупационные власти пытались повесить всю ответственность за несчастный случай на мать ребенка. Отцу не разрешили присутствовать на похоронах своего 3-х летнего малыша.

Кейс Нины Малаховой, жительницы г. Феодосия, незаконно арестованной в мае 2021 года и осужденной сроком на 4,5 года лишения свободы в колонии строго режима. Ее разлучили с грудным ребенком, которому не исполнился даже 1 год. Ребенка передали под опеку родственников.

В мае 2021 года после того, как при неизвестных обстоятельствах был убит уроженец Узбекистана Аюб Рахимов, его супруга Сохиба была направлена в Центр временного содержания граждан разлучив ее с её несовершеннолетними детьми.

Большое количество наших политузников незаконно вывезены далеко за пределы Крыма, и дети ограничены в возможностях встречаться со своими отцами хотя бы мельком на судебных заседаниях. 

«Неоднократно фиксировались случаи, когда женам не разрешали заводить детей на судебные заседания, объясняя это тем, что это может плохо сказаться на психике детей. При этом сотрудники ФСБ не беспокоятся о психике детей, когда регулярно проводят рейды в домах крымских татар, будучи вооруженными до зубов, выламывают двери, разбивают стекла на глазах у детей. Многие дети боятся, что после ареста их отцов придут и за мамами, дети уходят в себя, боятся ходить в школу, боятся реакции одноклассников и учителей, часто плачут, просыпаются и засыпают с фотографиями отцов и ежедневным вопросом на устах: «когда вернется папа?», на который у матерей этих детей ответа нет», - добавила она.

Зарема Бариева также рассказала и о милитаризации образовательного процесса. Ведь оккупанты пытаются формирует в сознании крымских детей культ войны, службы в российской армии, культ насилия и ненависти к Западному миру и к Украине.

Также, говоря об образовании, представительница КРЦ отметила, что право на обучение на родном языке   крымскотатарских и украинских детей системно нарушается представителями оккупационной власти Крыма.

«До оккупации в Крыму действовало 15 школ и 384 класса с крымскотатарским языком обучения. На данный момент осталось 7 школ с крымскотатарским языком обучения, 3 - с русским и крымскотатарским языками обучения, а 6 получили статус «общеобразовательных» школ. Обучение на крымскотатарском языке разрешается только до 9 класса и по заявлению родителей. Ситуация с единственной украинской школой выглядит еще печальнее», - пояснила менеджер КРЦ .

Более того, администрации учебных заведений под разными предлогами создают препятствия в подаче заявлений на обучения на крымскотатарском языке: «В Крыму один родной язык — русский», «отсутствие аудиторий», «отсутствие преподавательского состава», «отсутствие учебников», также зафиксированы грубые случаи отказа: заставляют родителей отказываться от обучения на крымскотатарском языке или сокращают количество часов на изучение крымскотатарского языка и литературы.

«Я надеюсь, что существующие механизмы для защиты прав детей помогут нам защитить права маленьких заложников Кремля, проживающих в оккупированном Крыму», - заключила Бариева.